Предисловие

 

               В жизни каждого человека происходит много всяких событий, значимых и не очень, но все мы, оценивая свой путь, стремимся  выделить самое существенное. Так и в моей жизни наиболее значимым было участие в разработке советских танков  в прославленном ХКБМ имени Морозова, создавшем в свое время такой шедевр как Т-34.

              Этой работе я отдавал всего себя и часто жертвовал своим личным благополучием во имя  ДЕЛА, которому я честно и служил. Проработав в КБ  двадцать два лучших в своей жизни года и пройдя путь от конструктора до начальника отделения систем управления перспективного танка я оказался на самом острие создания последнего советского танка Боксер и прошел от начала до конца мучительный процесс рождения этой машины и вместе со всеми  пережил трагедию ее гибели.

               О работах по  этому танку мало что известно,  по всей видимости по двум причинам, во-первых, работы по нему тогда были серьезно засекречены и к ним был допущен строго ограниченный круг специалистов и, во-вторых, головное КБ разработчик в результате развала Союза оказалось за пределами России в Украине, которой создание таких машин было явно не по зубам, а отдавать задел и документацию по Боксеру украинское руководство запретило.

                Мне повезло пройти школу конструктора под руководством людей, создавших танк четвертого поколения Т-64, который до сегодняшнего дня остается базовой моделью для всех советских и постсоветских танков, в том числе и «цельносодранных» с него Н.Тагилом и Ленинградом Т-72 и Т-80 и дальнейших их модификаций. Мне вдвойне повезло и в том, что азы конструкторской мысли я получал лично от Морозова и моя первая конструкторская работа по гранатомету Туча в 1973 проходила под его личным руководством.

               В поисках исключительно простой и надежной конструкции, которой добивался от меня Главный, мне пришлось разработать 42 варианта контактного устройства и альбом копий эскизов этих вариантов с замечаниями и предложениями Главного я до сих пор бережно храню. Сохранил я и клочок синьки, на которой рукой Морозова показана моя  грубая ошибка в чертеже, которую никто из вышестоящих не заметил, а Главный это увидел, сделал расчет и вернул чертеж на доработку.

               Вот эта требовательность к себе и к делу, в котором не может быть мелочей, школа добиваться совершенства во что бы то ни стало, осталась со мной навсегда. Моя целеустремленность и настойчивость в достижении цели не знала предела, что далеко не всегда способствовало решению поставленной задачи.

               Смерть Морозова в 1979 была настоящим ударом по нашему КБ, который особенно тяжело переживали его близкие соратники. В эти дни мне особенно врезалось в память по-детски заплаканное лицо одного из его заместителей Полякова и какое-то неестественно пустое помещение КБ, настежь раскрытые двери кабинетов и ни души, все провожали в последний путь нашего Главного.

                Его последняя попытка создать танк следующего поколения в начале 70-х ни к чему не привела, идея сделать машину с экипажем два человека осталась нереализованной и мы, молодое поколение, мало что знали о ней, только ходили разговоры в КБ, что Морозов собирает от всех предложения по новому танку. Попытку реализовать эту идею  уже в  80-х предпринял его сын Евгений Морозов и мне пришлось, исходя из анализа работы экипажа, обосновывать невозможность реализации такой машины.

                К необходимости создания танка нового поколения в 1980 пришел и приемник Морозова генерал Шомин. Это была инициативная работа нашего КБ, вылившаяся впоследствии в утвержденную Постановлением ЦК КПСС разработку танка Боксер.     Проработки принципиально новой компоновки машины велись в нескольких направлениях и после длительного поиска и бурных обсуждений был сделан вывод, что существенный отрыв в характеристиках танка можно достичь за счет вынесенной пушки с невиданным для танка калибром 152мм и использования принципиально новых идей в построении комплекса управления машиной.

                В основу комплекса управления были положены идеи, которые небольшая группа энтузиастов во главе со мной вынашивала уже несколько лет и искала возможности их реализации. Суть этих идей заключалась в построении интегрированной системы управления с широчайшими возможностями на базе бортового цифрового вычислительного комплекса, в то время только что появившихся в ракетно-космической технике, и создании системы управления не только танком, а и танковым подразделением с возможностью оперативного взаимодействия с другими родами войск на поле боя.

               Комплекс должен был обеспечить увязку мощного артиллерийского и высокоточного ракетного оружия с самонаведением на цель со всесуточным и всепогодным прицельным комплексом, привязку танка к местности и управление боем с помощью спутниковой навигации, автоматическую цифровую засекреченную связь для взаимодействия между танками и вертолетами огневой поддержки, автоматизацию управления огнем и движением машины с выходом в дальнейшем на полностью роботизированный танк, использование системы госопознавания по аналогии с авиацией и применение  активной защиты.

                Мы замахнулись на такие грандиозные задачи, которые до нас не только никто не решал, но даже и не ставил перед собой! И все это мы хотели сделать более 30 лет назад, когда возможности техники были существенно ограничены. Я  возглавлял работы по этому комплексу от разработки идеологии его построения до увязки многочисленных смежников по всей стране в единый коллектив разработчиков составных частей комплекса.

                Работы по машине и комплексу нам не удалось завершить, мы дошли только до опытных образцов и причины наших неудач будут изложены ниже. Оглядываясь назад можно только удивляться, насколько мы опережали свое время и только сейчас, десятилетия спустя, начинают реализовываться наши идеи. Мы шли первыми, много еще не знали, действовали на ощупь и ошибались, но твердо верили что мы можем это сделать. Благодаря нашей настойчивости и упорству нам удалось убедить в своей правоте главного конструктора, добиться одобрения руководства оборонной промышленности и военных и нам дали возможность реализовывать наши идеи.

                В процессе работы я вел дневник, о котором никто не знал, даже мои ближайшие соратники и друзья, все это держалось в тайне, так как неучтенные записи по сверхсекретной разработке могли стоить мне головы. На отдельных листках годами я дома записывал наиболее значимые моменты в нашей работе, никогда  не используя  при этом технических терминов и характеристик,  составляющих тайну разработки.

                Последние записи в дневнике датированы декабрем 1989, после этого у меня не хватило сил  вести его дальше, началась агония великой страны и нашей разработки. Лет через десять после этой записи я попытался систематизировать их, но когда начал это  читать и переписывать это, хотя я далеко не сентиментальный человек, нахлынули воспоминания, заново пришлось переживать победы и поражения тех лет и я не смог  себя заставить завершить его.

                Прошло еще десять лет, мои соратники пришли поздравить меня с юбилеем и рассказали о дневнике Морозова, который недавно был опубликован. Через некоторое время мне передали этот дневник,  который повествовал  о тяжелейшем  рождении танка Т-64 и это очень напомнило мне наш путь с Боксером.

               Читая дневник Морозова я натолкнулся на упоминание о его встрече в 1976 с профессором Преснухиным, которую я готовил и собственно с которой начались попытки по созданию комплекса управления танком на принципиально новых основах, перешедшие впоследствии в работы по танку нового поколения.

                Этот дневник человека, заложившего мои основы конструкторской мысли, заставил меня еще раз вернуться к моим записям и рассказать о последней попытке советских танкостроителей создать танк нового поколения.

                В этом повествовании изложен 14-летний путь поиска и мечтаний, побед и поражений,  веры в людей и разочарований в них, но тем не менее это наверно самые счастливые моменты, когда ты занимаешься любимым делом и твоими идеями увлекается масса людей и они начинают притворяться в жизнь.

               Дневник посвящен в основном событиям, связанным с разработкой комплекса управления танка нового поколения, но так как он являлся одним из двух определяющих элементов создания машины и я участвовал практически во всех заседаниях Совета главных конструкторов и готовил их, присутствовал на совещаниях в Миноборонпроме, Минобороны, смежных министерствах, КБ, НИИ и заводах, проводимых по этому танку, то в нем отражены и все события, связанные с разработкой машины в целом.