ГЛАВНАЯ НА ВООРУЖЕНИИ ПЕРСПЕКТИВНЫЕ
РАЗРАБОТКИ
ОГНЕВАЯ МОЩЬ
ЗАЩИТА ПОДВИЖНОСТЬ 

ЭКСКЛЮЗИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ  БИБЛИОТЕКА ФОТООБЗОРЫ
 
 

Динамическая защита. Израильский щит ковался в... СССР?

Тарасенко А. А., Чобиток В. В.

Авторы признательны главному редактору журнала «Техника и вооружение» Михаилу Муратову за оказанную помощь в написании статьи

«Первый патент на ДЗ был зарегистрирован в Германии в 1970 году норвежским д-ром Манфредом Хелдом (Manfred Held), который впоследствии работал с Rafael Armament Development Authority по созданию ДЗ «Blazer» для израильских танков, впервые использованных в бою в 1982 г. Советский Союз также работал над собственной концепцией ДЗ и примерно через год последовал примеру Израиля со своей ДЗ первого поколения.

С того времени Советы, а позднее русские, разработали и внедрили различные усовершенствованные конструкций ДЗ для своих танков, в том числе Контакт-5, который, как утверждается, эффективен против подкалиберных снарядов с сердечником из обедненного урана 120-мм пушки американского танка M1».

Это цитата из составленного в 1999 году независимого отчета Джона Пайндера (John Pinder) Министерству обороны и конгрессу США [1]. Такова западная версия появления динамической защиты (ДЗ) в СССР.

Примечательно, что подобная версия имеет хождение и в отечественных источниках. Так, в мае 2016 года, в связи с обменом находившегося в Кубинке «трофейного» Магах-3 (израильская модернизация танка M48A3), многие информационные ресурсы цитировали одну и ту же историю о результатах появления этой машины в СССР: «Израильская ДЗ произвела такое впечатление, что уже летом того же 1982 года Министерство обороны СССР санкционировало начало опытно-конструкторских работ по разработке ДЗ для отечественных танков. Эта лихорадочная деятельность закончилась в 1985 году принятием на вооружение Советской армии навесного комплекса ДЗ «Контакт-1» с элементом динамической защиты 4С20».

В различных работах также указывается на патенты США, ФРГ, Франции и других стран, которые были выданы в конце 1960-х и в 1970-х гг. [2, 3], хотя в СССР уже в 1940-х гг. публиковались работы по данной теме [4, 5]. Но это не так важно. Тема зарождения и первых работ в области ДЗ требует отдельных исследований и в настоящей работе не рассматривается. Авторов же этой статьи первоначально интересовал технический вопрос: в какой мере конструкция израильской ДЗ «Blazer» повлияла на разработку советской ДЗ «Контакт»? Однако обнаруженные нами факты удивили, и вопрос трансформировался: в какой мере ДЗ «Blazer» повлияла на отдельные конструктивные особенности ДЗ «Контакт»? Очередные находки вновь привели к переформулированию вопроса: «Blazer» хоть как-то повлияла на принятие на вооружение «Контакта»? Ответы на эти вопросы, уверены, удивят и читателей. Но обо всём по порядку.

Израильский танк M48A3 (Магах-3) с ДЗ типа «Blazer». Музей БТВ в Кубинке, февраль 2009 г.

Израильский танк M48A3 (Магах-3) с ДЗ типа «Blazer». Музей БТВ в Кубинке, февраль 2009 г.

Отбросив все постфактум написанные воспоминания и подобные им истории, обратимся к официальному документу — отчету о результатах разработки динамической противокумулятивной защиты танков, утвержденному 28.06.1968 Лариным А. Т., директором предприятия п/я В-2652 (в то время — Московский ордена Трудового Красного Знамени ВНИИ стали и сплавов, ранее — ФВНИИ-100, сейчас — ОАО «НИИ Стали») [6]. Данный отчет относится к седьмому этапу работ по созданию новой защиты танков от кумулятивных боеприпасов. Его изучение позволило установить следующие факты.

Работы по защите танков от современных кумулятивных средств поражения в СССР начались ещё в 1950-х гг. Первые отчеты по данной теме вышли в 1958 г. Среди исполнителей были ФВНИИ-100, МФТИ и институт Гидродинамики СОАН СССР. Эти отчеты были посвящены принципиальной схеме защиты. Первый отчет, в названии которого явно указывается на динамическую защиту, выпущен НИИ-6 и датирован 1961 годом: «Изучение механизма взаимодействия кумулятивной струи с активными преградами и подбор ВВ для однослойной и двухслойной динамической защиты».

Таким образом, можно утверждать, что к 1961 году в СССР не только велись работы по поиску новых средств противокумулятивной защиты, но уже отрабатывались различные конструкции ДЗ. До регистрации патента д-ром Манфредом оставалось долгих девять лет.

В отчете 1963 года речь идёт об исследовании возможности защиты танков от современных кумулятивных и подкалиберных снарядов методом активного воздействия на поражающее средство. Поскольку кроме ФВНИИ-100 исполнителем отчета указана в/ч 68054, а это 22 НИИБТ Полигон в Кубинке, можно смело говорить, что первые натурные испытания обстрелом опытных элементов ДЗ советской разработки проводились не позднее 1963 года.

В 1964 году ФНИИ-100 отчитался о создании динамической противокумулятивной защиты танков. На этом в основном был завершен шестой этап работ.

Общий вид макета с «литым ребристым носом» оснащенного ДЗ и с установленной пушкой У-5ТС

Общий вид макета с «литым ребристым носом» оснащенного ДЗ и с установленной пушкой У-5ТС

К началу седьмого этапа работ в результате исследований и испытаний было установлено, что струегасящая способность ДЗ определяется, главным образом, такими факторами, как угол встречи кумулятивной струи с защитным зарядом, рабочая длина защитного заряда и толщина слоя взрывчатого вещества (ВВ) в защитном заряде. Испытания показали следующее:

1) с увеличением угла встречи глубина остаточного внедрения кумулятивной струи в основную броню заметно падает;

2) с увеличением длины защитного заряда остаточное внедрение (глубина проникновения кумулятивной струи в основную броню после срабатывания ДЗ) сначала падает, но затем сохраняется практически на одном уровне; для исследованных случаев была получена эффективная рабочая длина заряда примерно 200 мм;

3) увеличение защитного заряда способно снизить глубину остаточного внедрения практически до нуля, но большое количество ВВ может привести к сильным повреждениям конструкции машины, что недопустимо. Целесообразным признали использование тонкого слоя ВВ — порядка 10 мм. Применение металлических крышек (метаемых пластин) способствует повышению струегасящей защитных зарядов ВВ.

На седьмом этапе, в соответствии с приказом начальника 2-го Главного управления МОП СССР № 12 от 31.01.1966, стояла задача создания противокумулятивной защиты от кумулятивных средств поражения, пробивающих до 600 мм стальной брони средней твёрдости, при снижении веса танка на 1,5...2,0%. Фактически работа по данной теме заключалась в проектировании конструкции макета передней части корпуса танка применительно к объекту 775 (опытный танк, созданный в 1964 г. под руководством Исакова П. П. в СКБ-75 ЧТЗ) с динамической защитой на верхней лобовой детали, изготовлении двух макетов и их полигонных испытаний.

К 1967 году НИИБТ Полигон испытал снарядным обстрелом опытные плиты с динамической защитой, а с предприятиями п/я В-2652, п/я А-3595 и п/я В-2302 — деталь «литой ребристый нос» обстрелом бронебойными снарядами. По результатам испытаний была предложена конструкция лобовой части объекта 775, а также разработаны схемы бронирования верхних лобовых деталей объектов 434 и 287 с применением однослойной динамической защиты.

В данной работе принимали участие:

— п/я В-2652 (ВНИИ стали и сплавов, г. Москва) — общая координация работ, составление техдокументации, замеры давлений внутри макетов, отработка технологии по отливке деталей «литой ребристый нос», составление режимов термообработки деталей макетов. Всего 18 чел.;

— п/я В-2302 (Специальное конструкторское бюро «Турбина», г. Челябинск) — разработка конструкции макетов, составление техдокументации. Всего четыре сотрудника;

— п/я А-3595 (ЧТЗ, г. Челябинск) — изготовление макетов, всего 16 чел.;

— в/ч 68054 (22 НИИБТ Полигон, ст. Кубинка) — проведение испытаний, четыре сотрудника.

Из всех участников данных работ хочется выделить фамилию одного из шестнадцати изготовителей макетов от п/я А-3595 в Челябинске — Блейзер Г. А. По имеющимся сведениям тов. Блейзер в 1970-х гг. иммигрировал в Израиль. Десятилетие спустя, в 1982 году в СССР вместе с модернизированным танком М48А3 попала навесная динамическая защита «Blazer». Конечно, можно предположить, что израильские разработчики назвали своё детище в честь клубного пиджака, но, согласитесь, совпадение слишком примечательное, чтобы не обратить на него внимание.

Возникает вполне закономерный вопрос: почему же на вооружение Советской Армии ДЗ была принята только в 1980-х, а не в начале 1970-х гг.? Для этого рассмотрим предложенную в 1968 году конструкцию (для краткости назовём её КДЗ-68), а также сложившуюся к концу 1960-х и началу 1970-х гг. обстановку с производством боевых машин и положение дел с «конкуренцией брони и снаряда».

Корпус изготовленных для испытаний макетов включал деталь «литой ребристый нос», борта, крышу, днище и корму. «Литой ребристый нос» выполнен из стали СБЛ-2. Броневая основа верхнего лобового листа переменной толщины с конструктивным углом от 77° ( 67 мм) в верхней части до 74° ( 105 мм) в нижней (угол наклона указан от вертикали, толщина — по нормали к броне).

Схемы сравнения габаритов носовых узлов объекта 775 и макетов № 1 и № 2

На наружной поверхности верхнего листа выполнены продольные и поперечные ребра, образующие ячейки для установки кассет ДЗ, — четыре поперечных (горизонтальных) пояса и шесть продольных рядов (всего 24 кассеты ДЗ). Ребра переменной толщины сужаются к верхней части: поперечные толщиной 75 мм у основания, продольные — 55 мм. Высота продольных рёбер переменная — от 115 мм в нижней (носовой) части детали до 85 мм в верхней. Высота поперечных рёбер такая же, как у продольных в местах их пересечения.

Макет № 2 в целом был подобен макету № 1 с той разницей, что высота первых трёх поперечных рёбер была увеличена на 50, 30 и 20 мм соответственно путем наварки прутков из стали Ст.3.

Корпус кассеты ДЗ включает бронекрышку из стали СП-3 толщиной 10 мм и кожух из листового алюминия толщиной 2 мм. Внутри кассета двумя приваренными к крышке перегородками из стали Ст. 3 разделена на три продольных отделения. В отделения кассеты вставлено три защитных заряда с ВВ (толщиной по 10 мм и шириной по 75 мм) в герметичных контейнерах из листового алюминия толщиной 1 мм. Сверху и снизу контейнеров ВВ и между кассетой ДЗ и основной бронёй уложены демпфирующие прокладки из пористой резины толщиной по 6 мм. Кассета ДЗ — плоской формы с изогнутой верхней частью для исключения незащищенных зон путём частичного перекрытия кассет ДЗ в следующем поясе. Длина плоской части защитного заряда — 250 мм, изогнутой — 60 мм.

Разделение на три изолированных заряда в одной кассете предназначено для уменьшения массы подрываемого защитного ВВ и снижения фугасного действия на основной бронекорпус.

Схема перекрытия защитных зарядов

Схема перекрытия защитных зарядов

Основным назначением бронекрышки в отчете указана защита зарядов ВВ от повреждения пулями и осколками. Кассеты крепятся с помощью двух закрытых гаек и резьбовых бонок из броневой стали средней твёрдости, приваренных к основной броне. Этот способ крепления кассет к броне выбран из шести вариантов, подвергавшихся испытаниям обстрелом (с одним, двумя и четырьмя болтами, с пружинным и винтовым замками).

Общий вид детали «литой ребристый нос» после испытания обстрелом 122-мм бронебойными снарядами. Видны разные способы крепления кассет

Общий вид детали «литой ребристый нос» после испытания обстрелом 122-мм бронебойными снарядами. Видны разные способы крепления кассет

Кассета динамической защиты с креплением на двух бонках

Кассета динамической защиты с креплением на двух бонках

Пояса защищенности и нумерация ячеек на макете № 1

Схема расположения попаданий по поясам защищенности макета № 1

В декабре 1967 — январе 1968 гг. макеты прошли испытания в бронетире НИИБТ Полигона в Кубинке.

Характеристики применённых средств поражения приведены в таблице.

Наименование артсистемы или боеприпаса

Калибр или диаметр, мм

Ударная скорость, м/с

Тип снаряда

Защищающая толщина литой брони по нормали (мм) при угле

70°

75°

ПТ пушка БС-3

100

900

бронебойный тупоголовый

80

65

ПТ пушка БС-3

100/55

1400

БПС 3БМ8

90

65

Танковая пушка У-5ТС

115/40

1600

БПС

140

100

Танковая пушка У-5ТС

115

550

кумулятивный

200

155

БЧ 3Н18 ПТУРС «Фаланга»

140

подрыв

кумулятивный

290

235

По результатам обстрела макета № 1 в 14 опытах зафиксировали четыре пробития. Одно пробитие получили боевой частью 3Н18 ПТУРС 3М11 ПТРК «Фаланга» (два опыта) и три — 115-мм кумулятивным снарядом (девять опытов). Пробитий бронебойными снарядами не было (100-мм бронебойный — один опыт; 115-мм подкалиберный — два опыта).

При непробитии 115-мм кумулятивным снарядом остаточное внедрение кумулятивной струи составляло 35, 45, 55 и 70 мм, а в двух случаях было нулевым! Случаи пробития наблюдались в основном при недостаточной рабочей длине защитного заряда.

В результате обстрела макета № 2 отметили только одно сквозное поражение из 17 опытов — при попадании 115-мм кумулятивного снаряда в нижний лобовой лист с неоптимальной рабочей длиной защитного заряда ( 100 мм). Всего произвели 13 опытов с использованием 115-мм кумулятивных снарядов, два опыта — с боевыми частями 3Н18 и два опыта — со 115-мм бронебойными подкалиберными снарядами.

При непробитии остаточное внедрение кумулятивной струи составляло от 45 до 220 мм при трёх случаях нулевого внедрения.

Обстрелу также подвергли броневую основу макета № 2 (без кассет ДЗ). В результате в восьми опытах получили шесть пробитий 115-мм кумулятивными снарядами, а 100-мм бронебойные подкалиберные снаряды (два опыта) пробития не достигли. В двух случаях непробития 115-мм кумулятивными снарядами остаточная глубина внедрения (поперечные рёбра работали как экраны) составила 170 и 110 мм.

Результаты испытаний показали, что КДЗ-68 при обеспечении защиты от боевой части 3Н18 позволяет снизить массу носовой детали по сравнению со стальной бронёй средней твердости не менее чем на 1500 кг (40%).

Схемы поражений броневой основы верхнего лобового листа макета № 1 и расположения снарядов в момент соударения 

Схемы поражений броневой основы верхнего лобового листа макета № 1 и расположения снарядов в момент соударения

Схемы поражений броневой основы верхнего лобового листа макета № 1 и расположения снарядов в момент соударения

Схемы поражений броневой основы верхнего лобового листа макета № 1 и расположения снарядов в момент соударения

Комбинированная броня (сталь-стеклотекстолит-сталь) давала выигрыш по массе в 25...30% в сравнении со стальной бронёй. В сравнении с комбинированной бронёй объекта 775 КДЗ-68 давала выигрыш по массе не менее 450 кг (12%), а для сварной конструкции корпуса — 550...600 кг, что обеспечивает экономию на 1,5...1,7% от массы танка.

Отмечалось, что конструкция макета № 2 обеспечивает защиту от 115-мм кумулятивного снаряда пушки У-5ТС, боевой части 3Н18, 115/40-мм бронебойного подкалиберного снаряда со штатной скоростью, а стальная броневая основа без кассет ДЗ — от 100/55-мм бронебойного подкалиберного снаряда пушки БС-3 со штатной скоростью.

При одном попадании повреждалось от одной до трёх кассет ДЗ, что максимально составило 0,3 м2 (или 9%) от всей площади защищаемой поверхности бронедетали. Кассеты и крепления, не подвергшиеся прямому воздействию удара и взрыва боеприпаса, полностью сохраняли свои защитные функции.

После результатов испытаний изложен метод расчёта весового выигрыша плоских бронедеталей с однослойной ДЗ по сравнению с другими видами бронирования. Используя этот метод, разработали схемы бронирования верхних лобовых деталей объектов 434 (танк Т-64А) и 287 (опытный ракетный танк). Их основное отличие от «литого ребристого носа» — применение броневой основы из катаного листа и приваренные к ней рёбра.

Для объекта 434 верхнюю лобовую деталь спроектировали исходя из требований обеспечения защиты от 115-мм кумулятивного снаряда к пушке У-5ТС, 115/40 мм бронебойного подкалиберного снаряда со скоростью 1450 м/с, 100/55-мм бронебойного подкалиберного снаряда к пушке БС-3 со скоростью 1400 м/с и 100-мм бронебойного снаряда со скоростью 900 м/с в пределах курсовых углов ±23°.

Угол наклона ВЛД составил 70° (вместо 68° штатной ВЛД об. 434) при толщине броневой основы из катаного листа броневой стали средней твёрдости 60 мм. Продольные и поперечные рёбра приварены к броневой основе и образуют ячейки размером 215×290 мм. Толщина у основания: 40 мм — для продольных и 55 мм — для поперечных рёбер, а высота 165 и 185 мм соответственно. Кассеты ДЗ образуют пять поперечных поясов. Для обеспечения защиты в районе люка и приборов наблюдения механика-водителя вваривается специальная цельнометаллическая вставка из броневой стали средней твердости.

Общий вид макета №1 после 14 попаданий

Общий вид макета №1 после 14 попаданий

Вид основных поражений детали «литой ребристый нос»

Вид основных поражений детали «литой ребристый нос»

Общий вид корпуса макета №2

Пояса защищенности и нумерация ячеек на макете № 2

Схема расположения попаданий поясам защищенности макета № 2

Схемы поражений броневой основы верхнего лобового листа макета № 2 и расположения снарядов в момент соударения

Схемы поражений броневой основы верхнего лобового листа макета № 2 и расположения снарядов в момент соударенияСхемы поражений броневой основы верхнего лобового листа макета № 2 и расположения снарядов в момент соударения

Схемы поражений броневой основы верхнего лобового листа макета № 2 и расположения снарядов в момент соударения

Схемы равных по стойкости верхних деталей носового узла корпуса при угле наклона 75° — гомогенная, «литой ребристый нос» с кассетами ДЗ, комбинированная броня (сталь + стеклотекстолит + сталь)

Вид внутреннего объема макета № 2 с размещенными в нем датчиками давления и клеткой с кроликом. В случае пробития кумулятивной струей внутри макета зарегистрировано наличие воздушной ударной волны с амплитудой 0,4 кг/см2

Схема бронирования верхней лобовой детали корпуса объект 434  с динамической защитойСхема бронирования верхней лобовой детали корпуса объект 287  с динамической защитой

Схема бронирования верхней лобовой детали корпуса объект 434  с динамической защитой

Схема бронирования верхней лобовой детали корпуса объект 287  с динамической защитой

При одном попадании ожидалось разрушение от одной до трёх кассет, что составляет максимально 0,19 м2, или примерно 5,5% от всей площади защищаемой поверхности. Конструкция могла выдержать не менее 14 попаданий различными средствами поражения. Поверх ребер предлагалось закреплять листы стеклопластика толщиной 3...4 мм для предохранения ячеек от загрязнения и улучшения условий маскировки.

Расчетный весовой выигрыш по сравнению с комбинированной бронёй объекта 434 образца 1968 г. составлял 200 кг, а для разработанной аналогичным образом носовой детали объекта 287 — 600 кг.

По сути, предложенный в 1968 году КДЗ-68 был аналогом появившейся 20 лет спустя на серийных танках ДЗ второго поколения — встроенной динамической защиты (ВДЗ). При этом обеспечивался уровень противокумулятивной защиты более 600 мм — больше, чем у комбинированной брони ВЛД объекта 434 ( 450 мм).

Применение ДЗ позволяло обеспечить защиту от всех типов кумулятивных боеприпасов 1970-х гг., включая кумулятивные снаряды БК-4М пушки У-5ТС калибра 115 мм. Стоит отметить, что до принятия на вооружение ДЗ «Контакт» танки Т-64А (Б), Т-72А и Т-80Б были уязвимы для данного типа боеприпасов, что показали их испытания обстрелом, проведенные в 1980 г.

Особо стоит отметить высокую живучесть испытанной защиты при обстреле кумулятивными снарядами и мощными ПТУР. Если для КДЗ-68 при попадании кумулятивного боеприпаса оголялось не более 5,5% защищаемой ВЛД, то для КДЗ «Контакт» в навесном исполнении при попадании кумулятивного снаряда оголялось до 71% [7]. Таким образом, «Контакт» является, по сути, одноразовым комплексом, рассчитанным на одно-два попадания. Более того, КДЗ-68 по живучести превосходил и первые варианты встроенной ДЗ: для танков Т-80У (УД), Т-72Б и Т-90 при одном попадании ВЛД лишалась до 30% площади ДЗ. Уровень живучести на уровне КДЗ-68 был достигнут лишь в начале 2000-х гг., когда успешно испытали комплекс динамической защиты «Нож» [8, 9].

Носовой защитный модуль украинского танка Т-84 до воздействия ПТС

Носовой защитный модуль украинского танка Т-84 до воздействия ПТС

Носовой защитный модуль украинского танка Т-84 после воздействия ПТС

Носовой защитный модуль украинского танка Т-84 после воздействия ПТС

источник фото

Из недостатков можно отметить то, что работы по КДЗ-68 были направлены на защиту ВЛД, при этом вопросы защиты башни и бортов корпуса по данной теме не исследовались (тем не менее, параллельно шли аналогичные работы по Т-55, в которых установка ДЗ на башню прорабатывалась [10]). Можно также заключить, что на этом этапе основным фактором повышения защиты считалось увеличение толщины защитного слоя ВВ (впрочем, вводились определенные ограничения, связанные с фугасным действием на броню), хотя уже было известно о повышении эффективности защитного ВВ за счет использования метаемых пластин. Это следует из следующих фактов:

а) роль броневой крышки обозначалась в первую очередь как защитная от пуль и осколков;

б) можно было бы сделать один более тонкий заряд защитного ВВ, который при подрыве под всей площадью пластины обеспечивал лучшие условия её метания, а вместо этого для снижения фугасного действия под пластиной разместили три разделённых заряда;

в) в результатах испытаний особое внимание уделяется рабочей длине защитного заряда, но не рассматривается рабочая длина защитной пластины. Например, для случая пробития макета № 2 с рабочей длиной ВВ 100 мм рабочая длина пластины составит 53- 67 мм, а если, например, между ВВ и пластиной убрать демпфирующую прокладку, то только это позволит увеличить рабочую длину пластины на 16,5 мм.

Можно предположить, что авторы КДЗ-68 в то время ещё и сами не в полной мере осознавали реальную причину (метаемая броневая пластина толщиной 10 мм) таких высоких результатов, полученных на испытаниях выполненной конструкции, включая защиту от бронебойно-подкалиберных снарядов [11].

Почему же столь эффективная защита не была внедрена на основных серийных танках СССР в начале 1970-х? Этому видится ряд вполне объективных причин.

Во-первых, главной целью начатых ещё в 1950-х гг. работ ставилось снижение общего веса танка на 2% при сохранении уровня защиты. Если в то время требования по весу предъявлялись весьма жесткие и снижение на 200 кг считалось значительным, то к началу 1970-х гг. ситуация существенно изменилась: тот же Т-72, при прочих равных характеристиках потяжелевший по сравнению с Т-64А сразу на три тонны (+7,9%), не вызывал особых нареканий по весу.

Во-вторых, на начало 1970-х гг. большинство основных средств поражения вероятного противника не справлялось с комбинированной бронёй Т-64А. 105-мм кумулятивные боеприпасы к танковым пушкам стран НАТО не могли даже на максимальном пробитии (до 434 мм) одолеть броню Т-64А, а кумулятивный выстрел к 106-мм безоткатному орудию M40A1 был способен пробить его ВЛД в крайне редких случаях при курсовом угле близком к 0° и только на максимальном значении бронепробития ( 454 мм при среднем 433 мм) [12].

В-третьих, значительное изменение и усложнение конструкции носовой части танка (включая изменение угла наклона ВЛД) может быть оправданным при постановке в производство новой машины, а для значительного изменения конструкции серийного танка нужны весьма существенные аргументы.

В-четвёртых, ДЗ в этом исполнении могла устанавливаться только на новые машины и не позволяла провести модернизацию существующего огромного парка боевых машин.

Ко второй половине 1970-х гг. ситуация со средствами поражения танков начала существенно меняться — всё больше стало появляться кумулятивных средств поражения с пробитием до 600 мм и более (ПТУР «HOT», 1975 г. — 800 мм). В связи с этим остро встал вопрос о повышении защиты существующего бронетанкового парка от современных кумулятивных средств поражения. Решить эту задачу удалось с помощью разработки комплекса динамической защиты «Контакт» в навесном исполнении, позволявшего при необходимости проводить срочную модернизацию танков в войсках без отправки на заводы промышленности.

Рассмотрев состояние дел с разработкой ДЗ к концу 1960-х гг., обратимся к другому документу — акту государственных испытаний танков Т-80Б, Т-72А, Т-64Б, Т-62 и Т-55А, оборудованных комплексом динамической защиты «Контакт» [7]. Испытания проходили в ноябре-декабре 1982 г., согласно решению Комиссии Президиума СМ СССР по военно-промышленным вопросам №236 от 2.06.1982. На испытания были представлены оборудованные ДЗ новые танки Т-80Б, выпущенный в мае 1982 г., Т-72А и Т-64Б — в июле 1982 г., а также модернизированные Т-62 выпуска августа 1965 г. и Т-55А — июля 1976 г.

Т-80Б с динамической защитой № К05БТ1029 выпущенный Ленинградским Кировским заводом в мае 1982 г. для государственных испытаний КДЗ «Контакт»

Т-72А с динамической защитой № К07ВТ9226 выпущенный Нижнетагильским вагоностроительным заводом в июле 1982 г. для государственных испытаний КДЗ «Контакт»

Т-72А с динамической защитой № К07ВТ9226 выпущенный Нижнетагильским вагоностроительным заводом в июле 1982 г. для государственных испытаний КДЗ «Контакт»

Т-80Б с динамической защитой № К05БТ1029 выпущенный Ленинградским Кировским заводом в мае 1982 г. для государственных испытаний КДЗ «Контакт»

Т-55А № Д07ГТ3371П выпущенный Омским машиностроительным заводом в июле 1976 г. Оборудован КДЗ «Контакт» в 1982 г. для государственных испытаний

Т-55А № Д07ГТ3371П выпущенный Омским машиностроительным заводом в июле 1976 г. Оборудован КДЗ «Контакт» в 1982 г. для государственных испытаний

Общий вид танка Т-72А после 4-х опытов (ПТУРС 9М112М, два попадания снарядом 3БК14М и подрыв БЧ 9Н132)

Вид левый борт корпуса танка Т-80Б после попадания снарядом 3БК14М

Вид на лобовую проекцию танка Т-64Б № К07ЕТ18039 (выпущен харьковским Заводом им. Малышева в июле 1982 г.) после попадания 125-мм КС 3БК14М и подрыва БЧ 9Н132

Танк Т-54АВ с КДЗ «Контакт» в парке «Патриот», май 2016 г.

Танк Т-64БВ с КДЗ «Контакт» в парке «Патриот», май 2016 г.

Вернёмся к приведённой в начале статьи цитате: «Израильская ДЗ произвела такое впечатление, что уже летом того же 1982 года Министерство обороны СССР санкционировало начало опытно-конструкторских работ по разработке ДЗ для отечественных танков». Однако, как известно, Ливанская война началась 6.06.1982, на четыре дня позже решения Комиссии Президиума СМ СССР о проведении госиспытаний танков с КДЗ! А потеря израильской армией танка M48A3, в последующем попавшего в Советский Союз, датируется 10.06.1982 (на восемь дней позже) [13].

Когда же принимается решение о проведении государственных испытаний изделия? Когда оно уже разработано, выпущена конструкторская документация, по ней изготовлены опытные образцы, которые прошли ведомственные испытания. Процесс этот небыстрый, циклов изготовления и испытания опытных образцов с доработкой КД может быть несколько, и только по завершении всех этапов опытно-конструкторских работ (ОКР) изделие подаётся на государственные испытания. А в нашем случае уже к лету 1982 г. все этапы ОКР по КДЗ «Контакт» были завершены!

Более того, о какой «лихорадочной деятельности» по установке ДЗ можно говорить, если акт государственных испытаний был подписан 14.01.1983, а танк Т-64БВ с КДЗ «Контакт», например, принят на вооружение ровно два года спустя приказом МО СССР № 07 от 14.01.1985 [14]?

Отсюда можно сделать однозначный вывод: «трофейный» M48A3 с ДЗ «Blazer» не оказал ни малейшего влияния на создание КДЗ «Контакт» — ни на конструкцию, ни на принятие решения об установке ДЗ, ни на сроки (по первым двум пунктам гарантированно, по третьему — практически точно).

Комплекс динамической защиты «Контакт» широко известен и публикаций о нём достаточно, поэтому без лишних подробностей остановимся только на отдельных результатах его испытаний в 1982 году. Вероятность поражения танков наземными кумулятивными средствами за счет установки КДЗ уменьшилась: для Т-55А и Т-62 — в 4...4,3 раза, для Т-80Б, Т-72А и Т-64Б — в 1,8...2 раза. С учетом совокупности всех поражающих средств вероятность поражения танков снизилась на 15-32% при стоимости КДЗ на одном танке примерно 1600 руб.

Уровень противокумулятивной стойкости участков, перекрытых КДЗ, при курсовых углах ±35° по башне и ±22° по корпусу повысился:

— для комбинированной брони башни и ВЛД танков Т-80Б, Т-64Б и Т-72А не менее чем на 350 мм, что обеспечивало защиту от всех кумулятивных средств, включая ПТУРС с бронепробивной способностью 850...900 мм;

— для бортов корпуса всех танков — не менее чем на 500 мм по ПТУРС, что обеспечивало защиту от всех кумулятивных средств поражения;

— для нижней лобовой детали всех танков, ВЛД и башни танков Т-62 и Т-55А — на 400...440 мм по ПТУРС и кумулятивным гранатам, на 175...270 мм — по кумулятивным артиллерийским снарядам, что обеспечивало защиту от средств с пробитием до 450 мм (калибр 100- 105 мм) и всех кумулятивных гранат.

Требования ТТЗ по уровню защиты в основном были выполнены, но при этом защиту от кумулятивных артиллерийских снарядов комиссия признала недостаточной.

При воздействии кумулятивных средств поражения происходил срыв и разрушение контейнеров на 9...31% защищенной ДЗ площади башни (одной стороны), 16...71% площади ВЛД и 31...51% площади борта. При одном попадании 30-мм снарядов по ВЛД происходил срыв до трёх контейнеров ДЗ и уменьшение площади перекрытия на 5...6%.

Требования по перекрытию не менее 70% площади видимой проекции частично были выполнены только для Т-72А и Т-64Б (на курсовом угле 0°). Существенным недостатком по мнению комиссии являлось отсутствие КДЗ в зоне стыка корпуса и башни, в районе амбразур и прожектора.

Среди достоинств КДЗ «Контакт» были указаны следующие: прост по устройству, легко монтируется экипажами, не требует специального ухода и безопасен; надёжное срабатывание при попадании кумулятивных боеприпасов; эффективность не зависит от внешних условий; не детонирует при попадании пуль, осколков и огнесмесей типа «Напалм»; повреждение контейнеров ДЗ осколками и пулями практически не сказывается на дальнейшей эффективности работы КДЗ; детонация сработавших контейнеров не передаётся на соседние; ДЗ уменьшает урон, наносимый внутреннему оборудованию и экипажу, даже в сравнении со случаями без пробития брони на танках без КДЗ; взрывы контейнера ДЗ существенно не влияют на экипаж; повышает ремонтопригодность и снижает время ремонта после воздействия на танк кумулятивных боеприпасов.

К недостаткам комплекса отнесли: наличие неперекрытых зон (27% и более для лобовой проекции); выгорает ВВ при воздействии «Напалма», повышенная пожароопасность; низкая живучесть, потеря большой площади покрытия при воздействии кумулятивных боеприпасов; низкая стойкость ко внешним механическим воздействиям; увеличение массы танка (на 1308- 2065 кг) приводит к снижению надежности и ухудшает показатели подвижности; повышение массы башни ухудшает условия работы стабилизатора на косогоре.

Заключение

Сравнивая ДЗ «Контакт» с КДЗ-68 можно с удивлением обнаружить, что они являются антиподами в подавляющем большинстве их преимуществ и недостатков. По сложности или простоте конструкции, живучести, возможности противодействия ОБПС, обеспечению защиты башни и бортов, возможности модернизации существующего парка машин. Несмотря на недостатки, какие-то преимущества в определённых условиях являются решающими, а с недостатками на данном этапе приходится мириться.

Как оказалось, история создания и принятия на вооружение динамической защиты в СССР покрыта мраком и занесена сугробами баек, выдумок и предположений. Изучение всего двух документов позволило не только пролить свет на некоторые детали в истории создания ДЗ, но и фактически опровергнуть широко распространенную версию влияния «трофейного» М48А3 с ДЗ «Blazer» на разработку ДЗ в СССР.

На сегодня остаются неясными следующие вопросы:

1. В какой мере советские разработки в области динамической защиты повлияли на создание ДЗ в Израиле и почему израильская ДЗ получила наименование «Blazer»?

2. Как шли работы по созданию ДЗ в 1970-е гг. и, например, в самом ли деле Главный маршал бронетанковых войск А. Х. Бабаджанян мешал оснащению советских танков комплексами ДЗ?

Да, именно так, многое, что удалось узнать авторам в процессе написания данной статьи, позволяет подвергать сомнению факты, изложенные в статьях [2], написанных представителями НИИ Стали.

Источники информации
1. Pinder, John. Reactive Armor Tiles for Army and Marine Corps Armored Vehicles: An Independent Report to the Department of Defense and the United States Congress. Santa Monica, CA: RAND Corporation, 1999. — URL: http://www.rand.org/pubs/white_papers/WP119.html (access date: 2016-10-06).
2. Купрюнин Д. Г., Дорохов Н. С., Чистяков Е. Н. Динамическая защита – вчера, сегодня, завтра // Техника и вооружение. — 2014. — № 9.
3. Чепков И.Б. Классификация защитных устройств динамического типа // Артиллерийское и стрелковое вооружение. — 2004. — № 3.
4. Алексеев П. Т., Бытенский И. А. О возможности использования энергии ВВ для поражения КСП // Труды ЦНИИ-48. — Л., 1949. — Вып. 1 (42). — С. 41-48.
5. Чепков И. Б. Исследования возможности использования энергии взрывчатых веществ для защиты от действия кумулятивных средств поражения // Артиллерийское и стрелковое вооружение. — 2010. — № 2.
6. Разработка динамической противокумулятивной защиты танков. Отчет по теме ТМ-12-574-67. Этап 7/УП. — М.: п/я В-2652, 1968.
7. Акт государственных (совместных) испытаний танков Т-80Б, Т-72А, Т-64Б, Т-62 и Т-55А, оборудованных комплексом динамической защиты. — М.: в/ч 68054, 1983.
8. Анализ живучести динамической защиты отечественных танков / Костин Ю. Н., Даньшин Ю. А., Дураченко В. В., Горожанин Ю. Г., Афонский П. В. // Механіка та машинобудування. — 2014. — № 1. — С. 92-101. — URL: http://library.kpi.kharkov.ua/JUR/Mex2014_1.pdf (дата обращения: 16.10.2016).
9. Оценка действия защитного устройства динамического типа на броневую преграду / А. В. Кучинский, М. И. Васьковский, И. Б. Чепков, А. Н. Неговский // Артиллер. и стрелковое вооружение. - 2006. - № 4
10. Павлов М. В., Павлов И. В. Отечественные бронированные машины // Техника и вооружение. — 2009. — № 4. — С. 46-47.
11. Исследование устройств динамической защиты от бронебойных подкалиберных снарядов / Паластров П. С., Мелешко И. А., Платов А. И., Рототаев Д. А. // Вестник бронетанковой техники. — 1991. — № 1 — С. 35-37. URL: http://andrei-bt.livejournal.com/227323.html (дата обращения: 16.10.2016).
12. Гущин Ю. А. Выбор кумулятивных снарядов для испытаний брони // Вестник бронетанковой техники. — 1979. — № 3.
13. Линник С. История израильского танка «Магах-3» в Кубинке / Военное обозрение [Электрон. журн]. — URL: https://topwar.ru/96312-.html.
14. Основной танк Т-64. 50 лет в строю / Чобиток В. В., Саенко М. В., Тарасенко А. А., Чернышев В. Л. — М.: Яуза-каталог, 2016 — 160 с. — (Война и мы. Танковая коллекция).

 
 
ГЛАВНАЯ НА ВООРУЖЕНИИ ПЕРСПЕКТИВНЫЕ
РАЗРАБОТКИ
ОГНЕВАЯ МОЩЬ
ЗАЩИТА ПОДВИЖНОСТЬ 

ЭКСКЛЮЗИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ  БИБЛИОТЕКА ФОТООБЗОРЫ