ГЛАВНАЯ НА ВООРУЖЕНИИ ПЕРСПЕКТИВНЫЕ
РАЗРАБОТКИ
ОГНЕВАЯ МОЩЬ
ЗАЩИТА ПОДВИЖНОСТЬ 

ЭКСКЛЮЗИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ  БИБЛИОТЕКА ФОТООБЗОРЫ
 


 

ИСТОКИ СОВЕТСКОГО ТАНКОСТРОЕНИЯ

И. В. Бах, Т. В. Ростова

Вестник бронетанковой техники. 1987. №9.

 

Отсутствие необходимых запасов оружия в усло­виях военной интервенции и гражданской войны поставили перед Советским правительством задачу принятия срочных действенных мер по упорядоче­нию снабжения Красной Армии. Различные комис­сии, созданные в 1918-1919 гг., не справлялись с снабжением армии оружием, боеприпасами и аму­ницией.

В целях совершенствования системы руководства военной промышленностью и снабжением армии в июне 1918 г. Пленум ЦК РКП (б) учредил пост чрезвычайного уполномоченного Совета обороны по снабжению Красной Армии и Флота (Чусоснабарм), назначив на эту должность члена Реввоенсовета республики, председателя ВСНХ А. И. Рыкова.

В дореволюционной России танков не было*; они появились в Красной Армии в период гражданской войны как трофейные английские и французские танки и серьезного значения в боевых действиях не имели. Вопрос о постройке советских танков и лег­ких бронеавтомобилей впервые обсуждался в ВСНХ в августе 1919 г. на заседании бюро по авто­строению. Было решено в течение года организо­вать выпуск танков на Сормовском и Коломенском заводах. На автомобильный завод АМО возлага­лось изготовление двигателей, на Государствен­ное объединение машиностроительных заводов (ГОМЗ) — окончательное выяснение места произ­водства танков и их составных частей. В августе 1919 г. Главным правлением ГОМЗа был сделан за­прос Сормовскому заводу о возможности изготовле­ния в кратчайший срок десяти танков на основании присланных фотографий и схематического рисунка [1].

 

* Первый проект танка (с изготовлением опытного образца) А. А. Пороховщикова появился в России в 1914 г.

 

Для объединения руководства военными заводами приказом Чусоснабарма от 12 сентября 1919 г. №75 был учрежден Совет военной промышленности (СВП или Промвоенсовет), возглавляемый колле­гией из пяти человек. Председателем коллегии СВП был назначен П. А. Богданов. В непосредст­венное подчинение СВП было передано 59 военных заводов. Основные задачи его – это создание про­изводственных центров оборонной промышленно­сти, распределение военных заказов, организация контроля за их выполнением, содействие скорейше­му снабжению сырьем, топливом, материалами, рабочей силой и финансирование военных заказов. Главным рабочим органом СВП была техническая часть (техчасть), которую возглавлял А. А. Зернов. Она делилась на 5 подотделов по видам продукции (автомобильный, авиационный, артиллерийский, военно-инженерный, морской) и общетехнический отдел.

 

Петр Алексеевич Богданов

Петр Алексеевич Богданов

1919-1921 гг. – председатель СВП, 1921-1924 гг. – председатель ВСНХ, 1921-1925 гг. – начальник Главного управления военной промышленности


 

Основной задачей техчасти являлась разработка производственных программ для отраслей военной промышленности и контроль за их реализацией. В дальнейшем при СВП был образован ряд спец-бюро и комиссий для «всемерного содействия про­ведению в жизнь различного рода полезных изобре­тений и предложений в области военного дела а также различных мероприятий, которые не могли, быть по характеру своему отнесены к работе како­го-либо из технических подотделов СВП», Одним из них было бюро по обеспечению постройки танков (танк-бюро), созданное в январе 1920 г.

В 1921 г. П. А. Богданов писал: «Основными зада­чами этого бюро были: распределение по отдель­ным заводам работ по изготовлению различных ча­стей танка и содействие в организации соответству­ющих производств, наблюдение за этими производствами, организация работ по переконструирова­нию двигателей, приспособленных к постановке на танки, по снабжению заводов необходимыми материалами, топливом, кредитами и проч., выработка условий приемки и программы испытаний, произ­водство испытаний. Работы по изготовлению танков были распределены следующим образом: Ижор­ский [завод] – заготовка брони, АМО – двигатель, Сормовский – шасси, бронировка и сборка» [2]. На заседании СВП 20 января 1920 г. была утверждена предварительная смета танк-бюро в сумме 600 тыс. руб. на 12 месяцев. Расходы предлагалось снести на соответствующие сметы заводов, изготов­лявших танки [3].

При выборе конструкции первого танка рассматри­валось несколько вариантов: взять за образец малый французский танк «Рено», выбрать проект по конкурсу, воспользоваться проектом среднего тан­ка, который по поручению СВП выполнял француз­ский инженер коммунист Э. Розье, ранее работавший на заводе «Рено». Имелись различные мнения и о выборе основных заводов для изготовления танка.

29 сентября 1919 г. на очередном заседании СВП было решено провести конкурс на проект отечест­венного танка и гусеничного движителя к нему. Кроме того, на этом же заседании рассматривался вопрос об организации производства танков. В кон­це октября 1919 г. были объявлены условия конкур­са и тактико-технические требования к танку. В феврале 1920 г. утвержден состав конкурсной ко­миссии из девяти человек. Победителем в конкурсе оказался Ижорский завод, который и построил в 1921 г. по своему проекту два опытных танка под названием «Теплоход» [4]. Но еще задолго до это­го (23 августа 1919 г.) правление Сормовского за­вода уведомило ГОМЗ о возможности изготовления десяти танков до 1 октября 1920 г. при условий обеспечения завода людьми, инструментами, топли­вом и т. д. И уже 22 сентября 1919 г. Главное бро­невое управление оформило заказ на постройку этих танков [5]. 29 сентября 1919 г. на Сормовский завод был доставлен танк «Рено», захваченный в боях на Южном фронте. На заводе для выпуска технической документации была организована кон­структорская группа. Распоряжением СВП для снятия чертежей с трофейного танка были направлены конструкторы Л. Н. Монаков (Путиловский завод), В. И. Артемьев и В. Г. Сычев (Ижорский завод). Они вошли в состав группы, которой руководил по­мощник начальника технической конторы Сормов­ского завода Н. И. Хрулев. В группе уже работали В. А. Московкин, Г. К. Крымов, П. И. Салтанов и другие конструкторы [6].

 

Н. И. Хрулев

Н. И. Хрулев

 

СВП 25 ноября 1919 г. решил «создать спецбюро в составе трех лиц, куда включить: представителя технической части совета, инженера Э. Розье и кого-либо от заводов тяжелой индустрии в Петро­граде» [7]. В этот начальный период танкостроения технической части отводилась особая роль. В про­токоле СВП от 6 декабря 1919 г. записано: «Техчасти завести специальное дело о танках и иметь на­блюдение за выполнением всех предварительных шагов по организации производства впредь до создания специального бюро» [8], так называемого танк-бюро. С начала 1920 г. изготовление танков на Сормовском заводе курировал от техчасти инженер С. П. Шукалов, который ранее работал в артилле­рийской технической конторе Путиловского завода, а в конце 1919 г. или в начале 1920 г. был назначен в СВП. Впоследствии (с 6 мая 1942 г.) он возглавил танковое бюро (КБ) при Главном управлении военной промышленности, в которое был преобразован  СВП. Это КБ под разными названиями и с разными задачами просуществовало до 1933 г.

6 декабря 1919 г. СВП вынес решение об изготовле­нии 30 танков типа «Рено». Половину этих танков должен был сделать Сормовский завод, столько, же – Путиловский и Ижорский. Для всех танков Сормовский завод должен был дать стальное литье, а Ижорский – броню. Путиловский завод, кроме  деталей трансмиссии из специальной сортовой стали для петроградских танков, должен был изготовить дополнительно 15 комплектов этих деталей для танков Сормовского завода [8].


13 декабря 1919 г. руководство Сормовского завода направило в адрес Главного правления ГОМЗа письмо, подписанное членом коллегии заводоуправ­ления Н. Н. Кутейниковым, в котором сообщалось, что первый из 15 танков может быть построен через 4 месяца после изготовления чертежей и получения необходимых материалов, рабочих и специалистов; через 2 месяца после этого завод выпустит еще три, а затем – по три ежемесячно [9]. Завод просил, чтобы заказ на танки считался первостепенным, за­водские рабочие, служащие и их семьи были обес­печены продовольственными пайками и освобожде­ны от всех без исключения повинностей и работ, не связанных с их прямыми обязанностями.

Для основного производства требовалось 4,5 тыс. рабочих, а на заводе их было менее 2 тыс. Еще ху­же обстояло дело со специалистами. Просьбы об откомандировании мастеров и инженеров были на­правлены на ряд родственных заводов, но полного укомплектования достичь не удалось.

В декабре 1919 г., как писал С. П. Шукалов, инже­неры Розье и Дэм привезли на Сормовский завод новый заказ ГОМЗа: требовалось изготовить 15 ма­лых и 30 средних танков [10]. В январе 1920 г. СВП принял решение направить на Сормовский завод инженера И. А. Тугаринова, чтобы тот на месте ознакомился с производством танков. Ему поруча­лось ускорить работы по приспособлению автомо­бильных двигателей для танков на заводе АМО и представлять в техническую часть каждые две не­дели доклады о состоянии работ и степени готовно­сти [11]. Выполнение заказа находилось и под наблюдением Центроброни. Его представитель И. X. Гаугель содействовал устранению препятст­вий и задержек в работе.

После обсуждения вопроса о строительстве танков с Полевым штабом в апреле-мае 1920 г. было при­нято окончательное решение (19 мая 1920 г.): «... аннулировать заказ на 15 танков Петроград­ским заводам ...ускорить постройку 15 танков на Сормовском заводе» [12].

Председателем правления Сормовского завода в начале 1920 г. был назначен А. С. Чернов, главным инженером с 1919 г. стал И. Е. Аппак.

Таким образом, Сормовский завод стал первым оте­чественным предприятием, начавшим производство танков. Конструкция танка «Малый Рено русский» была типичной для того времени. Среди материа­лов, из которых изготовлялся ряд деталей, были, в частности, древесина (для деталей направляющего колеса) и кожа (для конических фрикционов); ши­роко применялась клепка. Использовались такие полукустарные виды механической обработки, как ручная доводка поверхностей, подгонка по краске, припиливание по месту и т. д. Тем не менее этот танк оказался вполне боеспособным. Тактико-тех­нические характеристики танка «Малый Рено рус­ский» [13]:

Масса 7 т

Экипаж 2 чел.

Вооружение 37-мм пушка

Толщина брони 6 и 16 мм

Максимальная скорость 8,5 км/ч

Мощность двигателя 25 кВт

 

На последних образцах кроме пушки устанавли­вался 7,62-мм пулемет, что было новшеством в ми­ровом танкостроении.

Несмотря на огромные трудности, срок выпуска первого танка был за­держан только на месяц: 30 августа 1920 г. начались испытания первого танка, второй был принят 30 декабря. В тяжелое время гражданской войны и разрухи трудно было выдержать сро­ки производства. Несвоевременно по­ставлялись необходимые узлы и ком­плектующие агрегаты: броневые листы с Ижорского завода, двигатели с заво­да АМО, 37-мм пушки «Гочкис» после ремонта из Ярославских мастер­ских [14]. Поэтому оперативно принимались всевозможные меры для устра­нения препятствий в производстве танков. Например, поскольку завод АМО не располагал достаточным ко­личеством двигателей, которые могли быть приспособлены к установке на танки, СВП дал распоряжение о снятии десяти двигателей «Фиат» с авто­мобилей. Полностью заказ на построй­ку первых 15 советских танков был выполнен летом 1921 г. о чем 23 июня г. Сормовский завод информиро­вал СВП. На броне первого сормовско­го танка было написано «Борец за свободу тов. Ленин».


По инициативе СВП в октябре 1921 г. был созван Всероссийский съезд инженеров, работавших в об­ласти военной промышленности. Этот съезд при­зван был подытожить уровень развития военной промышленности на существующем этапе, а также обсудить и решить вопрос: «как наиболее рацио­нально справиться военной промышленности с предъявляемыми к ней требованиями» [15]? Съезд должен был выработать единую техническую поли­тику, указать перспективное направление развития отдельных отраслей вооружения.

Организационное бюро возглавил член коллегии СВП В. С. Михайлов. Открытие съезда состоялось в Москве 10 октября 1921 г. С наиболее интересными докладами на съезде выступили Ф. А. Хлыстов «Типы тракторов, применявшиеся в минувшую вой­ну, и предложения о применении механической тяги в артиллерии в будущем», Н. В. Каратеев –

«Са­моходные гусеничные артиллерийские установки» и С. П. Шукалов – «Русские танки. Боевые маши­ны и средства борьбы с ними и проблемы механи­зации сухопутной армии».

В резолюции по докладу Н. В. Каратеева указано, что механизация военного транспорта и применение механической тяги в артиллерии стоят в числе пер­воочередных задач. В докладе Ф. А. Хлыстова при­влекают внимание идеи о том, что гусеничные и колесные тракторы с четырьмя ведущими колесами должны быть в артиллерии  будущего. Докладчик намечал три типа артиллерийских машин: гусеничный – с металлическими или резиновыми гусеница­ми, колесный – с формулой 4X4, смешанный (ко­лесно-гусеничный), способный двигаться по доро­гам как обыкновенный автомобиль и по мягкому грунту как гусеничный трактор. В докладе обраща­лось внимание на необходимость выполнения собственных разработок тракторов для транспортиров­ки артиллерии и производства их на русских заво­дах.

 

Группа танкостроителей у первого советского танка (крайний слева И. X. Гаугель)

Группа танкостроителей у первого советского танка (крайний слева И. X. Гаугель)

 

По докладу С. П. Шукалова были приняты резолю­ции: о бронепоездах (производство и ремонт) и о бронеавтомобилях – «Постановка отечественного производства должна быть осуществлена в кратчай­ший срок в общегосударственном порядке ...по про­изводству признать желательным полное изъятие из неспециальных заводов всех работ по оборудова­нию бронеавтомобилей и сосредоточение этих работ в ремонтно-броневом заводе Броневого управления, оставляя за металлургическими заводами только изготовление брони в совершенно законченном го­товом для сборки виде» [16] .

С. П. Шукалов определил три вида броневых сил России: железнодорожные (бронепоезда), дорож­ные (бронеавтомобили) и бездорожные (танки). Интересно, что докладчик не считал тракторы пря­мыми родоначальниками танков. Лучшим танком он назвал «Малый Рено русский» и предложил развивать его конструкцию в следующих направлениях:

«1) повысить скорость до 15–20 верст;

2) увеличить относительную мощность мотора, обеспечить более надежное охлаждение;

3) дать доступ к мотору и его жизненным частям изнутри;

4) применить штампованную гусеницу, но не литую;

5) добавить бойницы для ружей-автоматов Федо­рова» [17].

В целом по танкам съезд принял резолюцию:

«а) отмечается недостаточность достижений в этой области, поэтому признается необходимым органи­зовать регулярные конкурсы на проекты танков и их основных деталей с солидными премиями для побуждения инициативы;

б) неразвитость производства русских специальных двигателей и гусениц признается нетерпимой, и ши­рокое производство это, как родственное трактор­ному и имеющее важнейшее государственное зна­чение, должно быть налажено в наикратчайший срок в государственном масштабе;

в) по производству признать необходимым наме­тить в текущем году один из крупных заводов ВСНХ для изготовления отдельных моделей в экспе­риментальном порядке, с тем чтобы завод мог вести все подготовительные работы» [18].


Съезд военных инженеров сыграл положительную роль в определении технической политики в области производства вооружения и военной техники. Он указал на необходимость развития танков и артил­лерийских тягачей, колесных боевых машин высокой проходимости и двигателей для них. Отмеча­лась необходимость изучения существа вопроса с использованием достижений Западной Европы и Америки.

К этому времени СВП выполнил свою роль, и при­казом председателя ВСНХ от 18 апреля 1921 г. он вместе со всеми подведомственными ему учрежде­ниям, заводами, комиссиями и бюро был включен в состав ВСНХ, а затем переименован в Главное управление военной промышленности ВСНХ, функционировавшее до 1925 г.

Значение Совета военной промышленности для мо­лодой советской республики трудно переоценить: он сумел наладить производство вооружения, необхо­димого Красной Армии для разгрома контрреволю­ций и интервентов, для защиты завоеваний Октяб­ря. Кроме того, этот совет смог организовать в ко­роткий срок производство первых отечественных танков.

 

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ  5

1. ЦГАНХ, ф, 2097, оп: 4, д. 365, л 128 .

2. Там же, оп. 4, д. 23, л. 10.

3. Там же, оп 3, д. 1, л. 125.

4. Кутузов Е. В. и др. Ижорский завод. Л.: Лениздат, 1974. Ч. 2. С. 89.

5. Завод «Красное Сормово»— пионер танкостроения в СССР: материалы к истории танкостроения (на правах рукописи). Б. м., 1946. С. 10.

6. Сальникова Т., Тихомиров В. Первые советские танки // Техника и вооруимение. 1970. № 8. С. 19.

7. ЦГАНХ, ф. 2097, оп. 3, д. 1, л. 61.

8. Там же, л. 78.

9. ЦГАНХ, ф. 2099, оп. 2, д. 30, л. 28.

10. ЦГАНХ, ф. 2097, оп. 3, д. 365, л. 128.

11. Там же, д. 1, л. 128.

12. Там же, д. 365, л. 12.

13. Вараксин Ю. Н., Бах И. В., Выгодский С. Ю. Бронетанко­вая техника СССР (1920-1974). М.: Б. и., 1981. С. 28-29.

14. ЦГАНХ, ф. 2097, оп. 3, д. 365, л. 40; 78.

15. Там же, оп. 4, д. 2, л. 109.

16. Там же, л. 61.

17. Там же, оп. 4, д. 2, л. 117.

16. Там же, л. 62.

 

 











 
ГЛАВНАЯ НА ВООРУЖЕНИИ ПЕРСПЕКТИВНЫЕ
РАЗРАБОТКИ
ОГНЕВАЯ МОЩЬ
ЗАЩИТА ПОДВИЖНОСТЬ 

ЭКСКЛЮЗИВНЫЕ МАТЕРИАЛЫ  БИБЛИОТЕКА ФОТООБЗОРЫ